Германия строит "четвертый рейх"  6

История Европы последних полутора веков так или иначе привязана к взлетам и падениям Германии. В послевоенный период ее постепенному усилению послужила европейская интеграция. Начавшаяся с германо-французского "Общества угля и стали", она привела к созданию нынешнего Европейского союза, все 27 членов которого прямо или косвенно признают за ФРГ роль "локомотива". Даже Франция – давняя соперница – смирилась со вторыми ролями в германо-французском тандеме.

Впрочем, еще недавно все было по-другому. Германия, воссоединившись после распада советского блока, надолго "ушла в себя", сосредоточившись на полноценной интеграции своих восточных земель. В это время о ее лидерстве в Европе стали забывать. А когда произошло значительное расширение Евросоюза за счет стран Центральной и Восточной Европы, последние задумали скинуть "грандов" с пьедестала. И, в принципе, все шло к окончательному торжеству "межгосударственной демократии": Польша, поддерживаемая из-за океана, уже готова была потягаться с Германией своим "весом" в рамках Евросоюза. Но кризис все расставил по местам.

Германия, показавшая в первом квартале 2010 г. 1,5%-й рост, оказалась одной из наиболее динамичных экономик ЕС, а по уровню технологического развития и международной конкурентоспособности ей в Евросоюзе нет равных.

За последние десять лет конкурентоспособность немецких товаров и услуг повысилась на 25% по сравнению с другими странами еврозоны. В 2003 г. Германия вышла на первое место в мире по объемам экспорта и сохраняла его вплоть до прошлого года, когда на фоне кризиса ее все-таки обошел Китай.

С 1995 по 2009 гг. доля германской продукции на рынке ЕС увеличилась с 25% до 27% несмотря на значительное расширение Евросоюза. За это время соответствующая доля Франции уменьшилась с 18,5% до 12,9%, доля Италии сократилась с 17% до 10%, пишет k2kapital.com.

Эти успехи в последнее время начали вызывать зависть у партнеров по ЕС, которые – в особенности Франция – стали утверждать, что Германия не дает нормально развиваться их экономикам. Согласно подсчетам аналитиков французской компании OFCE, из-за возросшей конкурентоспособности германской продукции Франция потеряла за последние два года 30% своих рынков. Не имея при этом национальной валюты, которую можно было бы девальвировать, другие страны-члены еврозоны, в первую очередь, Франция и Италия, оказались лишенными возможности сбалансировать свой внешнеторговый баланс.

В этой связи в начале июня премьер-министр Франции Франсуа Фийон призвал ослабить курс евро, чтобы облегчить положение французских экспортеров. Но, как показала решительность Ангелы Меркель в борьбе с долговым кризисом, Берлин будет диктовать макроэкономические параметры функционирования еврозоны.

По крайней мере, весь разработанный стабилизационный механизм – вплоть до участия в нем МВФ – точно соответствует германской концепции, принятой 27 странами ЕС почти без изменений.

А на днях Берлин подал образцовый пример для подражания по части радикального сокращения бюджетных расходов.

Бесспорно, от Германии сейчас во многом зависит будущее Евросоюза. "Из-за ее размеров, расположения и истории у Германии особая роль в этой уникальной структуре – быть зажатой между национальными и общеевропейскими интересами, – полагает бывший министр иностранных дел ФРГ Йошка Фишер. – Если Германия больше не будет действовать как движущая сила интеграции, то и сама европейская интеграция уйдет в прошлое", передает портал Утро.ру.

Звучит весьма убедительно. Одно только настораживает: это уже не просто утверждение за ФРГ роли "локомотива" в экономике ЕС, но и идейная основа для восстановления немцев в роли нации, призванной объединять народы и ставить общие интересы выше национальных. Захочет ли Европа дать немцам еще один шанс попробовать себя в этом качестве?