Интервью пятницы с министром благосостояния: "Доход семьи в 400 евро - это достаточно для того, чтобы выжить"

Ольга Князева
08.11.2019 15:00:00

Министерство благосостояния выступает за то, чтобы повысить размер детского пособия до 57 евро, но при этом отменив необлагаемый налогами минимум за иждивенцев. Об этом в эфире программы "Действующие лица" на Латвийском радио 4, в которой rus.db.lv выступил соведущим, рассказала министр благосостояния Рамона Петравича. Какие изменения предстоят в пенсионной и социальных системах в ближайшие годы?

- Омбудсмен Юрис Янсонс подал в Конституционный суд уже три иска о несоответствии принципу достойной жизни Гарантированного минимума доходов (ГМД), социальных пособий и уровня бедности в стране. Как сказал Янсонс, перед тем, как открыть дверь суда, он несколько раз отправлял правительству предписания. В чем ваши мнения разошлись принципиально?

- Письма отправлялись не только в течение этого года. Если не ошибаюсь, лет шесть. Ведь как гарантированный минимальный доход, так и уровень доходов малоимущих и бедных людей не пересматривались, по меньшей мере, лет десять. Например, ГМД в последний раз был увеличен на 2 евро. Омбудсмен, наконец, обратился в Конституционный суд. Хотя, кажется, ему уже давно следовало сделать это, а не ждать десятилетия.

- То есть вы поддерживаете омбудсмена?

- Да. Тем самым он помогает мне. Это вопрос, который нуждается в решении. И это даёт мне аргумент для убеждения партнёров по правящей коалиции. Конечно, со стороны партий есть поддержка, например, что минимальный уровень доходов, наконец, следует увеличить. Несколько раз я доходила с этим вопросом до правительства, но никогда не находил достаточной поддержки. Очевидно, это не было приоритетом предыдущего министра благосостояния

Но повышать надо в разумных пределах. Я не совсем согласна с теми суммами, которые называет омбудсмен. Например, о ГМД. Увеличение с 53 до 64 евро, конечно, недостаточно. Мы планировали повышение до 99 евро. И у нас была встреча с представителями самоуправлений, на которой, кстати, был и омбудсмен. И он видел эту договорённость: сначала 64 евро, а через год – до 99. К слову, есть масса самоуправлений, которые уже сейчас платят больше установленного минимума

- Если суд согласится полностью с аргументами омбудсмена о необходимости более существенного повышения соцпомощи, что тогда будет с социальным бюджетом?

- Тогда всем партиям придётся искать решение – где взять эти деньги. Но я не думаю, что в решении суда будут указаны конкретные цифры. Да, можно указать, что это недостаточно. Но если мы смотрим в остальную Европу – как там рассчитывают ГМД – если он меньше 20 процентов от средних доходов домохозяйств, то человеку помогают социальными пособиями. У нас же эти 20 процентов – названные мною 99 евро. И это то, к чему мы идём.

- Сколько денег сейчас надо семье в Латвии, чтобы выжить? Есть у вас такая цифра?

- Здесь надо смотреть, какова средняя потребительская корзина…

- …но мы же её сейчас не считаем, отказались от этого…

- Нет. Но только завершилась закупка. Скорее всего, пройдёт год, пока эксперты рассчитают, сколько это.

- То есть сейчас у вас такой цифры нет?

- Сейчас нет! Мы исходим из цифры 360-400 евро..

- Это на семью?

- Да. На каждого человека в семье может приходиться такая цифра. Если на первое лицо может быть 400 евро, то на остальных, соответственно, меньше.

- Янсонс называл другие цифры – 153 евро на человека. И это только продуктовая корзина. То есть семья из четырёх человек только на продукты должна тратить 600. Плюс ещё коммунальные расходы, транспорт, школа, одежда…

- Да, пока эта корзина не рассчитана, получается так. Наша проблема и в том, что в Латвии нет таких экспертов, способных рассчитать, каков этот прожиточный минимум. Но и когда он будет рассчитан, у него не будет законодательного влияния. Это не означает, что в зависимости от него будут устанавливать размер пособий социального обеспечения или минимальных пенсий. Но его будем использовать в дискуссиях и в судебных процессах по этим вопросам. Но это будет относительная величина, а не практически применимая.

- А что с минимальными пенсиями?

- Сегодня минимальная пенсия составляет 64 евро. По-любому, это недостаточно. Это не тот доход, который можно назвать достойным уважения. Именно по этому со следующего года планируется пересмотреть минимальные пенсии, пенсии по инвалидности, подняв их с 64 евро до 80 евро. И это тоже недостаточно. Но это хоть какой-то первый шаг. И я рада, что удалось хоть что-то сдвинуть с мёртвой точки. И год от года мы сможем возвращаться к повышению.

- Какие пенсионные перемены готовит нынешняя коалиция?

- То, что решало предыдущее правительство, совсем не означало, что это будет сделано. Приходилось всё это отстаивать в бюджете, чтобы индексации пенсий произошла в предусмотренном объёме. Цена вопроса – дополнительные 200 миллионов. И были партии, которые на это смотрели так: что бы и здесь урезать? Но с 1 октября это произошло. И да, это самая грандиозная индексация пенсий за все последние годы.

- Дальнейшие индексации будут столь же существенными?

- В дальнейшем она будет такой же, как сейчас. Это ещё будет зависеть от уровня инфляции. Но каждый раз не забываем про пенсионеров с большим трудовым стажем старше 45 лет.

- Ранее вы высказались по поводу больших пенсий, что их нужно облагать повышенным налогом. Вы это серьёзно?

- Такие предложения получил минблаг. Их рассмотрели на коалиции..

- А кто их предложил?

- Это прозвучало на заседании совета коалиционных партий. Мы дали свою оценку. Оценив, что вообще значит «большие пенсии». И их топ-10 таков: от 5 200 до 19 400 евро.

- Вы разделяете идею повысить налог на пенсии?

- Сейчас этот вопрос не включён в нашу повестку дня. Мы лишь дали свою оценку – каким будет выигрыш для бюджета.

- Вы не считаете, что это приведёт к подрыву пенсионной системы? Люди не будут заинтересованы платить больше, зная, что потом половину у них отберут?

- Видите ли… В 96 году у людей была возможность внести за себя социальный налог. Всё равно сколько - например, 20 тысяч евро. И это относилось ко всем предыдущим годам его работы – будто бы всё это время он получал эти 20 тысяч. Поэтому получается, что некоторые получают из социального бюджета намного больше, чем вносили в него.

Также до 2013 года не существовало потолка взносов, что тоже позволило некоторым получить большие пенсии. Нет потолка взносов, значит, нет и потолка выплат. Это нужно пересмотреть с точки зрения солидарности получателей больших и маленьких зарплат и пенсий. У нас до сих пор много тех, кто живёт на минималку – около 20 тысяч. И когда они выйдут на пенсию, то их пенсия будет минимальной.

- В этом контексте на конференции Банка Латвии были озвучены чудовищные цифры о том, что будущая пенсия составит 30% от сегодняшней зарплаты. Может, Банк Латвии не пугает, а говорит правду?

- Трудно сказать. Каждый берёт за основу свои цифры. Но показатель первого пенсионного уровня показывает, что нынешняя пенсия замещает 40 процентов доходов. Если посмотреть на большие пенсии – на те же 19 с половиной тысяч – то там замещение составит 1 298%.

- То есть если человек не участвует во втором пенсионном уровне, его пенсия составит 40 процентов от зарплаты? В лучшем случае?..

- Да

- Значит, Банк Латвии не пугает?

- Мне трудно комментировать то, как рассчитывают в Банке Латвии. Можно ли их цифры назвать правильными.

- Тут страшно и другое. Люди порой думают, что им пенсия вообще не светит. Что система вообще рухнет. И будет так много пенсионеров, что пенсий просто не будет.

- Я не считаю правильным так стращать людей. Говоря, что пенсий не будет. Ведь OECD оценила нашу пенсионную систему как стабильную и долгосрочную. В этом случае я хочу полагаться на оценку их экспертов. Надо сказать людям, что социальные взносы – это, что вы накапливаете на свою пенсию. И чем больше взносов, тем больше она будет.

Сейчас в соцбюджете миллиард накоплений. Это то, что надо делать в ситуации с ростом числа пенсионеров. Это наша подушка безопасности.

- При этом демография в Латвии неблагоприятная, и это тоже может повлиять на пенсии?

- Если посмотреть на демографическую карту Европы, то мы находимся не в самом конце. Конечно, из Латвии уезжают. И уезжает преимущественно молодёжь. Их дети рождаются там - в Англии, Великобритании. Но на общем фоне это не совсем плохо. Конечно, можно сравнивать со Швецией, где в смешанных семьях рождается по 7-8 детей, но есть и другие страны, где ситуация с рождаемостью ещё хуже, чем у нас. И это то, над чем нам приходится думать.

- Ввозить гастарбайтеров?

- Вопрос открытия нашего трудового рынка для граждан третьих стран у нас почему-то постоянно связывают с беженцами. Мол, сюда на лодках поедут африканцы. Такого не будет! Рабочие из третьих стран у нас уже есть, и достаточно долго. Это люди из Украины, Белоруссии. Но мы пытаемся засунуть голову в песок, делая вывод, что их здесь нет, выдумывая новые бюрократические препоны для бизнеса. В частности, по срокам оформления временного пребывания этих людей в Латвии. Поэтому они преимущественно въезжают как «командированные работники» из Польши, Эстонии и Литвы

Налоги они платят в тех странах, откуда въезжают. И там пользуются нашей неупорядоченной ситуацией. Чем больше мы тянем с решением, тем больше теряем денег, которые вместо нашего бюджета уходят к соседям. Я, как министр благосостояния поддерживаю идею сокращения срока регистрации вакансий – чтобы это были 14 дней, а не 30.

Что касается зарплаты, я считаю, надо платить среднюю зарплату по отрасли, а не по стране. В случае с той же уборщицей, посудомойкой или горничной получается, что работник из Латвии получает меньшую зарплату, чем завозная рабочая сила. Если средняя зарплата по стране 1100 евро, то ни одна уборщица в Латвии не получает таких денег!

- То, что правительство не желает пока решать вопрос ввоза рабочей силы - это экономический или политический момент?

- Думаю, что это больше национальный вопрос. Мы хотим жить в резервате. Но, к сожалению, в резервате мы не сможем выжить. Это надо понять. К тому же эти люди здесь не останутся. Вид на жительство не позволит им здесь жить. Мои мысли совпадают с позицией министра экономики. Отличается лишь подход к средней зарплате. Но эта дискуссия продолжается. Возможно, и будут такие отрасли, в которых сохранится средняя зарплата по стране. Но не в простых профессиях.

- Многие боятся, что в Латвии в таком случае могут появиться украинские кварталы.

- Конечно, такого не будет. Они уже здесь, они живут, работают. И только мы делаем вид, что их не видим. Кстати, нам трудно контролировать эту ситуацию. Например, мы не знаем, сколько платят тем, кто «приехал в командировку из Польши». Я бы сказала, сейчас это неподконтрольный поток рабочей силы. Упорядочив этот вопрос, мы получили бы контроль над работниками, которые платят здесь налоги.

- Какие изменения ждут систему выплаты пособий безработным?

- Здесь тоже два лагеря. Одни считают, что пособия надо сокращать ещё больше. И даже подают предложения, чтобы вообще радикально урезать такие выплаты тем, кто увольняется по собственному желанию. И увеличить в случае ликвидации или банкротства предприятий. На мой взгляд, период выплаты пособия по безработице надо было сократить уже давно. Так как мы переживаем нехватку рабочих рук.

С нового года пособия будут выплачиваться в течение 8, а не 9 месяцев. Изменится и размер пособия: если сейчас 100 процентов оплачивают первые три месяца, то с 1 января – только два месяца. Сегодня средний срок выплаты такого пособия – чуть больше 4 месяцев, но мы предполагаем, что этот период сократится. Так как в будущем за третий и четвёртый месяц безработицы компенсируют лишь 75 процентов предыдущей зарплаты. Я вижу в этом серьёзную мотивацию быстрее вернуться на работу.

- Не планиуется ли увеличить размер детского пособия, которое сегодня на первого ребенка составляет 11 евро?

- У нас до сих пор такая риторика – размер детского пособия 11 евро. Мы слышим это всегда и везде. Но родители имеют ещё и льготы за несовершеннолетних детей. Это 230 евро, которые дают ему 46 дополнительно евро. Обычно это не связывают вместе. Но это тоже своего рода пособие.

В Литве, например, отказались от такой налоговой льготы, выплачивая эти деньги уже в виде пособия. Я тоже считаю, если человек получает эти деньги как живые деньги - 57 евро разом, он понимает – это моё пособие. Но у нас много людей не могут на него претендовать – зарплаты-то невысокие.

С этим предложением я обратилась к Иманту Пардниексу, руководителю Центра по делам демографии. Он ее не поддержал. Но я остаюсь при своём мнении – это было бы честно в отношении малоимущих, доходы которых намного меньше, чем у получателей больших зарплат.

Что касается просто повышения детского пособия, то в 2021 году мы с Центром по делам демографии определимся с моделью детского пособия. Их позиция отличается. Парадниекс предлагает выплачивать за первого ребёнка 50 евро, за второго – 100. Но это 87 миллионов евро. В нынешней ситуации я не вижу предпосылок найти понимание у минфина.

Ключевые слова

Поделись новостью